Баадур Цуладзе: биография

0
366

Цуладзе Баадур Сократович родился 5 марта 1935 года в Батуми.

В 1961 году окончил режиссёрский факультет Всесоюзного Государственного Института Кинематографии (мастерская А.Довженко и М.Чиаурели) и стал режиссёром и актёром киностудии «Грузия-фильм».

Впоследствии Баадур Цуладзе поставил несколько фильмов, занимался дубляжом в качестве режиссера. Но его фактурная внешность сразу привлекла внимание коллег. Актерским дебютом стала маленькая роль человека с газетой в короткометражке «Свадьба», а среди первых заметных ролей Цуладзе — Вано («Не горюй!»), отец Бубы («Как стать мужчиной»), Васо Кабидзе («Я, следователь»), полицейский («Мелодии Верийского квартала»), брат жениха («Прошу слова»).

Зрительский интерес вызывали забавные короткометражные фильмы Резо Габриадзе о приключениях трех дорожных рабочих — «Пари», «Три рубля», «Бабочка», «Три жениха», «Лимонный торт» и прочие — с участием Баадура Цуладзе, Кахи Кавсадзе и Гиви Берикашвили. Не осталась незамеченной публикой и небольшая роль хозяина харчевни, которую актер сыграл в телефильме «Приключения Буратино» (1975).

В 1970-1980-е годы он активно снимался на различных киностудиях Советского Союза.

В 1990-е годы режиссер работает на родине, возглавил Союз кинематографистов Грузии.

Читайте также: Умер актер и режиссер Баадур Цуладзе: причина смерти


Из интервью Баадура Цуладзе от 27 июня 2009 года на сайте Copy Past.ru:

— В советские времена грузинский кинематограф стоял особняком. Вспоминаю ваши тонкие, романтичные, чуть грустные комедии и удивляюсь: почему в большинстве своем они были короткометражными?
— Когда мы с ребятами после окончания режиссерского факультета ВГИКа приехали на Тбилисскую киностудию, снимать полнометражные фильмы было прерогативой убеленных сединами мэтров. На нас они глядели снисходительно: “А кто вы такие, собственно, и почему решили, что вправе заниматься настоящим кинематографом? Хотите работать — беритесь за короткометражки”.

— Но именно эти малюсенькие фильмы в Союзе все обожали.
— Что интересно, на волне нашего успеха заслуженные и народные сами начали снимать такие же картины. Хотя изначально считали, что короткометражку, независимо от того, провалится она или нет, ни руководство, ни зритель не заметит.

— Я была уверена, что такие интриги присущи Москве, Питеру, Киеву, а у вас все иначе.
— Ничего подобного. Госкино доверяло “старикам” на все сто. Этой конторе никогда не было важно качество, главное — вовремя сдать отснятый материал и чтобы, упаси Боже, в нем не было никаких намеков. А короткометражки, если что-то неблагонадежное там и проскакивало, не судили строго. Нужно было лишь дотащить картину до Москвы, добиться, чтобы Госкино ее приняло, получить гонорар. Дальше — хоть трава не расти. Чиновников совершенно не интересовало, смотрят зрители продукцию или не смотрят.

— Гонорары были большие?
— За полнометражный фильм первой категории платили восемь тысяч рублей, за вторую — шесть, третья категория оценивалась в две с половиной тысячи.

— По советским меркам серьезные деньги.
— С условием, если получать их регулярно. Ну а если режиссер три-четыре года ничего не снимал? Для киностудии норма — восемь картин в год. Все! А режиссеров — навалом.

— Вы снялись в одной из первых картин Георгия Данелии “Не горюй!”. Почему земляк не приглашал вас в последующие свои работы?
— Он-то приглашал, но я был очень востребованным актером и не всегда мог принять предложение. Когда Данелия был худруком фильма “Джентльмены удачи”, я пробовался на роль Василия Алибабаевича. К сожалению, мама сильно заболела. В тот день, когда получил телеграмму об утверждении меня на роль беглого зека, она скончалась. Поэтому в фильме вместо меня снялся Раднэр Муратов.

— …И на всю жизнь остался Василием Алибабаевичем. Скажите, для актера это счастье или все-таки беда?
— Мне кажется — большая удача. И если меня позовут на микроскопическую роль без единого слова, соглашусь. И если актер рассчитывает сыграть кое-как ролишку-карлика (мол, после раскроюсь), он расписывается в профнепригодности.

— Так вы лишены творческих амбиций?
— Наоборот, они у меня огромны, даже завышены. В жизни не опущусь до халтуры и очень люблю похвалу. Давно выработал свою творческую систему. К примеру, в кадре в одну и ту же дверь можно зайти по-разному. Кто-то торопится на встречу с любимой, кого-то ожидает неприятный разговор с начальником. Третий рассеян и забыл поздороваться, четвертый заглянул из любопытства. Своих студентов я обучаю проигрывать в голове любую, самую примитивную ситуацию.

— В тбилисском театральном вы преподаете режиссуру?
— И режиссуру, и актерское мастерство.

— На студентов голос повышаете?
— Очень редко. Хотя согласен, покрикивать нужно. К примеру, недавно на экзамене один парень распсиховался, устроил истерику — дескать, он полная бездарь, ничего в искусстве не умеет, поэтому отыграл отрывок ужасно. Смотрю, а он себя с каждым воплем все больше и больше заводит: “Все! Ухожу! Не моя это профессия!”. Я же, наоборот, проявил максимальное спокойствие: “Никуда ты не уйдешь, и выбор твой правильный, и человек ты талантливый. Успокойся! Знай, что в следующий раз покажешься прекрасно”. Он взял себя в руки, за ночь все переделал. Наутро сработал фантастически.

— Чем грузинский кинематограф советских времен отличается от нынешнего?
— Раньше наше кино было несколько диссидентским, а значит, отличным от других. В Москве заседали монстры от кинематографа, и ты изначаально знал, что должен сработать так, чтобы незаметно обойти выставленные ими рогатины. Сейчас — были бы деньги, и снимай что хочешь. А нет контроля, значит, нет фантазии. К кинематографу такого типа надо привыкнуть.

Хотя недавно в грузинском сериале я был киллером. И нашел неожиданные краски: человек он, в принципе, неплохой, отец большого семейства. Одна беда — кормить детей и жену нечем. От безысходности герой становится профессиональным убийцей.

— Это правда, что вы — убежденный холостяк?
— Скорее, буриданов осел, у которого с обеих сторон по стогу сена, а он все не знал, с какого стога начать. Так с голоду и помер. (Хохочет). Женат я никогда не был. Постоянно откладывал это событие на потом.

— Не тяжело жить одному?
— Мы живем вдвоем с сестрой. Так как мама рано умерла, а отец сильно болел, сестра была вынуждена отказаться от личной жизни и тянуть на себе двух мужиков. Замужем сестра тоже ни разу не была, детей нет ни у нее, ни у меня. Но она боевая дама. Хоть и пенсионерка, исколесила Европу вдоль и поперек. Теперь ее тянет в такие серьезные страны, как Камбоджа.

— Уверена: вы — большой любитель грузинских застолий и гостеприимный хозяин.
— В моем возрасте проблема уже не прием, а провожание друзей навсегда. Раньше на Новый год мы с сестрой накрывали большой стол и ждали многочисленных гостей, которые являлись партиями вплоть до рассвета. Мы даже внимания не обращали, кто приходит, когда и с кем.

Друзья знали, где и что у нас находится. Один захотел кушать — отправился к холодильнику, другой в это же время сестре кричит, чтобы чай заварила. Третий включил телевизор. Сегодня звонить, приходить в гости практически некому.

— У вас есть коммерческая жилка?
— Нет, и деньги копить не умею. Единственное требование которое выставляю всегда: чтобы за работу мне платили столько, сколько заслуживаю. Хочу жить благодаря профессии.

Под известные актерские имена, под их авторитет коммерцией занимаются другие люди. Популярная фамилия — хорошая крыша для бизнесменов любого уровня. С подобными предложениями ко мне часто обращаются, но я всегда отказываюсь. Быть чужим прикрытием для меня все-таки очень унизительно.

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here