Это 40-й фильм в популярной британской серии «Искусство на экране», продюсером которой выступил Фил Грабски. «Караваджо: Шедевры мятежного гения» также был снят Грабски совместно с Дэвидом Бикерстаффом.
На создание фильма ушло пять лет. Фил Грабски, выступая перед аудиторией, сказал: Я давно хотел снять фильм о Караваджо. До сих пор большинство наших фильмов были основаны на крупных выставках. Таких как документальный фильм «Тернер и Констебл: соперники и визионеры». Посвященный выставке в галерее Тейт Британия в Лондоне, или «Новый Вермеер: величайшая выставка всех времен», рассказывающий о презентации в Рейксмузеуме в Амстердаме. Но в случае с Караваджо большинство его работ находятся в церквях по всему миру. Поэтому я знал, что на этот раз это будет биографический фильм.
Однако меня не интересовало создание чего-то, что уже было сделано кем-то другим, — сказал он. Я посмотрел все фильмы о Караваджо и заметил, что в них мало говорится о самом художнике. А скорее о его ночных приключениях в Риме, и это лишь фрагмент его жизни. «Станет ли искусство моим спасением?» — спрашивает Караваджо на экране, которого играет Джек Баннелл.
Создатели фильма посетили все места, где находятся работы Микеланджело Меризи да Караваджо (1571–1610) — Милан, Рим, Неаполь, Сицилию и Мальту.
Караваджо из «Автопортретов»
Создатели документального фильма решили вплести в повествование элемент вымысла. Поэтому сам художник, которого играет Джек Баннелл, рассказывает часть своей жизни. Физически актёр идеально подходит на роль художника, и его автопортреты — убедительный тому пример. Джек Баннелл в роли Караваджо
Караваджо писал свои портреты в различных ситуациях. На автопортрете «Больной Вакх» (сейчас находится в Галерее Боргезе в Риме) ему около 20 лет, и, вероятно, он страдает от малярии. Картина, кажется, является намеренным контрапунктом к написанным им в то время изображениям красивых молодых людей, которых он часто изображал по заказу меценатов.
Местный контент
В композиции «Мученичество святого Матфея», которую он завершил в 1600 году в часовне Контарелли в церкви Сан-Луиджи-деи-Франчези в Риме (это был его первый крупный общественный заказ, включающий в общей сложности три картины, посвященные жизни и призванию святого Матфея), он изобразил себя свидетелем этой ужасной сцены. Его лицо выражает боль, сострадание и беспомощность перед лицом насилия, поскольку художник подразумевал, что он способен сопереживать страданиям и вставать на сторону обиженных.
В противоположность этому, в картине «Давид с головой Голиафа» (1609-1610), написанной в Неаполе, он изображает Голиафа, наделяя отрубленную голову своими собственными чертами, вероятно, намекая на смертный приговор, который ему самому грозил за убийство Рануччо Томассони в Риме в 1606 году.
Вымысел и правда
Монологи Джека Баннелла вымышлены, поскольку художник не оставил никаких письменных записей или писем, поэтому реконструкция событий основана на сохранившихся полицейских и судебных отчетах, описывающих вспыльчивость художника. Участие Караваджо в драках и потасовках, а также в воздействии на произведения художника.
Тем не менее, экранные монологи Караваджо выходят за рамки сенсационных тем. Они приводят к саморефлексивному осмыслению художником своей жизни во время его последнего путешествия, когда он возвращается из многолетних скитаний в Рим, надеясь на папское помилование и возвращение своего места среди элиты. В то же время он задает вопросы: «Если бы ты умер завтра, как бы тебя помнили? Что ты сделал такого, что имеет какое-либо значение?» А также: «Станет ли искусство моим спасением?»
Вопреки устоявшимся представлениям, Караваджо в фильме — это больше, чем просто реальный авантюрист или жестокий параноик. Он — умный, чуткий художник, проницательный наблюдатель за людьми и миром.
Читайте на тему: В Италии обнаружено утраченное полотно Караваджо
