Введя пошлины на товары более чем 90 стран в начале апреля 2025 года, президент США Дональд Трамп утверждал, что хронический торговый дефицит, сохраняющийся с 1975 года, угрожает национальной безопасности США, американской промышленности и даже образу жизни. Пошлины, установленные на уровне 15% и выше, по сравнению со средним показателем в 3% на конец 2024 года, были призваны сократить отрицательный глобальный торговый дефицит и восстановить рабочие места в обрабатывающей промышленности крупнейшей экономики мира.
Внутренние эффекты
После года реализации тарифной политики стало ясно, что её предпосылки не принесли ожидаемых результатов. По данным Бюро экономического анализа (BEA), дефицит торгового баланса США по товарам и услугам в 2025 году составил 901,5 млрд долларов, что всего на 0,2% меньше, чем в предыдущем году.
Однако сам дефицит по товарам увеличился более чем на 25 млрд долларов. В то время как отрицательный торговый баланс США с Китаем снизился до 202 млрд долларов в годовом исчислении, отрицательный торговый баланс со странами Юго-Восточной Азии достиг рекордного уровня.
Тарифная политика также не смогла создать новые рабочие места в обрабатывающей промышленности. Анализ, проведенный Центром американского прогресса, показал, что совокупные потери рабочих мест в этом секторе экономики с апреля 2025 года эквивалентны закрытию 2800 средних предприятий.
За 10 месяцев после объявления «Дня освобождения» США потеряли 89 000 рабочих мест в обрабатывающей промышленности. И 123 000 рабочих мест в транспортной и складской отраслях — двух отраслях, которые оказались особенно уязвимыми для тарифов.
Издержки от этих тарифов несли в основном американские потребители и предприятия. На долю потребителей пришлось 30% бремени, в то время как исследование Европейского центрального банка показывает, что это бремя может возрасти до 50%, как только компании исчерпают свои возможности по покрытию этих издержек.
Иностранные экспортеры несли в среднем лишь 5% издержек от тарифов. Крупнейшим бенефициаром тарифов стало казначейство США, которое получало до 30 миллиардов долларов ежемесячных поступлений. Однако, согласно февральскому решению Верховного суда США, установившему, что пошлины не имеют законного основания, эти суммы должны быть возвращены американским импортерам.
Рекордная обменная стоимость
Несмотря на пошлины, доля США в мировой торговле, которая, как ожидалось, достигнет 35 триллионов долларов в 2025 году, достигла рекордных 16%. Парадоксально, но импорт США увеличился примерно на 150 миллиардов долларов, частично за счет увеличения закупок, связанных с сектором искусственного интеллекта. Стоит также отметить, что значительная часть импорта США была освобождена от пошлин.
По оценкам Bloomberg, эти освобождения составили 43%, что соответствует стоимости импорта в 1,4 триллиона долларов. Освобождение от пошлин в основном касалось фармацевтических препаратов и энергетической продукции (нефть и ее производные, СПГ, уголь), электрооборудования, ноутбуков и смартфонов, а также драгоценных металлов.
Кроме того, Канада и Мексика продолжали пользоваться нулевыми пошлинами на большинство товаров, соответствующих соглашению USMCA. Хотя на некоторые товары, такие как сталь, алюминий, древесина, автомобили и их комплектующие, распространялись пошлины. В преддверии введения пошлин американские компании также накапливали импортные запасы, в основном авиаперевозками. Стоимость этого импорта в первом квартале 2025 года оценивалась почти в 200 миллиардов долларов.
Bloomberg также подчеркивает, что льготы по тарифам в первую очередь были выгодны крупным американским компаниям, а не малым, что принесло значительные доходы лоббистам, приближенным к президенту.
Если рассматривать мировую торговлю в целом, то, несмотря на бремя американских тарифов, в 2025 году она не снизилась в стоимостном выражении. В долларовом выражении она выросла на 6,3%, что более чем в два раза быстрее, чем в предыдущем году. Главным драйвером этого роста стал регион Восточной Азии и Тихого океана, на долю которого пришлось 40% роста мировой торговли.
Торговля США с большинством из 19 стран, заключивших с Вашингтоном двусторонние торговые соглашения, также увеличилась – хотя и всего на 3,6%, составив 162 миллиарда долларов. Согласно анализу Института Петерсона , торговля США с Австралией, Индией, Индонезией, Швейцарией, Таиландом и Вьетнамом выросла более чем на 1%. Помимо Китая, торговля с Канадой, Мексикой, Германией и Японией, среди прочих, снизилась в стоимостном выражении.
Торговый парадокс США-Китай
Наиболее значительные изменения наблюдались в американо-китайской торговле, которая стала предметом взаимных, часто пересматриваемых, высоких тарифов, ограничений и санкций. Средний уровень тарифов на конец 2025 года приблизился к 50 процентам.
По данным Управления торгового представителя США, импорт товаров из Китая в США сократится почти на 30 процентов в 2025 году до 308 миллиардов долларов, что станет самым слабым результатом с 2009 года. Экспорт США в Китай, тем временем, сократился на 25 процентов до 106 миллиардов долларов, достигнув шестилетнего минимума.
Анализ McKinsey показывает, что Соединенным Штатам удалось заменить около двух третей товаров. Которые они ранее импортировали из Китая (на сумму более 80 миллиардов долларов), обратившись к альтернативным поставщикам. В результате Индия увеличила экспорт смартфонов примерно на 40 процентов от ранее поставляемых из Китая поставок. А страны АСЕАН заменили около двух третей стоимости импорта ноутбуков в США, который ранее осуществлялся из Китая.
Пекин, в свою очередь, также перенаправил экспорт за пределы США, но масштабы замещения были меньше и составили 55 миллиардов долларов. Значительная часть этих поставок была направлена в Европу и развивающиеся экономики Азии, Ближнего Востока и Африки.
В целом, экспорт Китая может увеличиться на целых 6% в 2025 году, достигнув примерно 3,8 триллиона долларов. Этому также способствовал высокий мировой спрос на высокотехнологичные товары и компоненты возобновляемой энергетики. В результате образовавшийся торговый профицит обеспечил рост ВВП Китая на 1,7 процентных пункта, который в 2025 году составил 5%.
Учитывая нестабильность американской политики, ожидается больше подобных инициатив, хотя их результаты в краткосрочной перспективе могут быть ограниченными. Конфликт на Ближнем Востоке также повлияет на географию международного экономического сотрудничества и дальнейшую реструктуризацию цепочек поставок. Это потребует большей гибкости от государств и компаний и более точного прогнозирования тенденций. Многие конкурентные преимущества, полученные в таких условиях, могут оказаться неустойчивыми.
Читайте на тему: Кризис ВТО, тарифы и перспективы мировой торговли
